Торговля Китая с Ираном, КНДР и Украиной в 2026 году: три направления с разной динамикой

За девять месяцев 2026 года торговля Китая с Ираном, КНДР и Украиной показала три разных результата. Товарооборот с Ираном сократился на 55,6%, до $3,32 млрд, с Северной Кореей вырос на 18,6%, до $2,27 млрд, а с Украиной увеличился на 14,7%, до $6,42 млрд. Во всех трёх случаях стоимость китайского экспорта превышала стоимость встречных поставок. Однако за общей положительной для Китая разницей между экспортом и импортом скрывается неодинаковая динамика: торговля с Ираном резко сокращалась в обоих направлениях, с КНДР росла в обоих, а с Украиной увеличивалась при снижении китайских закупок украинских товаров.

Показатели относятся к январю–сентябрю 2026 года и сопоставляются с аналогичным периодом 2025-го. Это позволяет сравнить изменения на трёх направлениях без смешения разных отчётных периодов. При этом статистика отражает стоимость товаров, а не их физические объёмы. Она показывает масштаб и направление изменений, но не всегда позволяет установить их причины.

Главные цифры: где торговля выросла, а где сократилась

Среди рассматриваемых торговых партнёров крупнейший товарооборот с Китаем за январь–сентябрь 2026 года был у Украины — $6,42 млрд. На втором месте находился Иран с $3,32 млрд, на третьем — КНДР с $2,27 млрд. По абсолютной стоимости взаимной торговли украинское направление заметно опережало два других.

Однако распределение по объёму не совпадает с распределением по темпам роста. Торговля Китая с Северной Кореей увеличилась на 18,6%, с Украиной — на 14,7%. Показатели обеих стран положительные, но структура изменений различается. В отношениях с КНДР выросли и экспорт, и импорт Китая. В отношениях с Украиной увеличение китайских поставок сопровождалось сокращением встречного товарного потока.

Иранское направление отличается от них прежде всего масштабом снижения. Падение товарооборота на 55,6% означает, что стоимость взаимных поставок оказалась значительно ниже уровня первых девяти месяцев предыдущего года. Причём сильнее сократились закупки Китаем иранской продукции, а не китайский экспорт в Иран.

Основные результаты за январь–сентябрь 2026 года:

• Иран: товарооборот $3,32 млрд, снижение на 55,6%. Китайский экспорт — $2,54 млрд, импорт — $789 млн.
• КНДР: товарооборот $2,27 млрд, рост на 18,6%. Китайский экспорт — $1,79 млрд, импорт — $483,57 млн.
• Украина: товарооборот $6,42 млрд, рост на 14,7%. Китайский экспорт — $4,71 млрд, импорт — $1,71 млрд.

Сравнение показывает ещё одну общую черту: Китай продавал каждой из трёх стран товаров на большую сумму, чем закупал у неё. Положительное сальдо присутствовало даже на иранском направлении, где общая торговая активность резко снизилась. Вместе с тем одинаковый знак торгового баланса не означает одинакового состояния двусторонней торговли. Для его оценки необходимо отдельно рассматривать экспорт, импорт и изменение их стоимости относительно предыдущего года.

Иран: резкое сокращение поставок в обоих направлениях

Товарооборот Китая и Ирана в январе–сентябре 2026 года составил $3,32 млрд. По сравнению с аналогичным периодом предыдущего года он уменьшился на 55,6%. Снижение затронуло как китайские продажи на иранский рынок, так и закупки иранских товаров.

Экспорт Китая в Иран сократился на 49,4%, до $2,54 млрд. Импорт из Ирана упал ещё сильнее — на 68,2%, до $789 млн. Таким образом, сокращение стоимости поставок было значительным в обоих направлениях, но особенно заметным для иранских экспортёров, поставляющих продукцию в Китай.

При этом Китай сохранил положительное торговое сальдо. Разница между экспортом и импортом составила $1,75 млрд. По сравнению с январём–сентябрём предыдущего года этот показатель уменьшился на 31%.

Данные позволяют разделить два результата. Первый — общее падение взаимной торговли более чем наполовину. Второй — сохранение превышения китайского экспорта над импортом из Ирана. Положительный баланс Китая в данном случае не свидетельствует о росте торговых операций: обе составляющие товарооборота существенно сократились.

Сентябрьская статистика не показывает восстановления. За этот месяц взаимная торговля составила $331,91 млн, что на 19,5% ниже августовского результата. Следовательно, снижение было заметно не только при сравнении девятимесячных периодов разных лет, но и при сопоставлении двух соседних месяцев 2026 года.

Однако показатели характеризуют разные интервалы. Падение на 55,6% относится к январю–сентябрю относительно тех же месяцев 2025 года. Снижение на 19,5% показывает изменение сентября относительно августа 2026-го. Эти проценты нельзя складывать или использовать как взаимозаменяемые оценки общего спада.

Доступные сведения не раскрывают причины сокращения торговли. По стоимостной статистике невозможно отделить влияние изменения физических объёмов от возможного изменения цен на отдельные товарные группы. Поэтому объяснять падение конкретными внешними обстоятельствами на основании только приведённых данных было бы преждевременно.

КНДР: рост торговли при сохранении преобладания китайского экспорта

В отличие от Ирана, Северная Корея увеличила товарооборот с Китаем. За январь–сентябрь 2026 года стоимость взаимных поставок достигла $2,27 млрд, превысив показатель аналогичного периода предыдущего года на 18,6%.

Китайский экспорт в КНДР составил $1,79 млрд, увеличившись на 12,1%. Закупки Китаем северокорейской продукции выросли значительно быстрее — на 50,5%, до $483,57 млн.

На первый взгляд столь существенное различие в темпах роста может указывать на заметное изменение соотношения торговых потоков. Но здесь необходимо учитывать исходный масштаб операций. Даже после увеличения на 50,5% импорт из КНДР оставался существенно меньше китайского экспорта в эту страну.

В результате положительное сальдо Китая в торговле с Северной Кореей составляло около $1,31 млрд. На экспорт приходилось приблизительно 79% двустороннего товарооборота, на импорт — около 21%. Эти доли рассчитаны по стоимостным показателям за отчётный период и округлены.

Таким образом, Северная Корея отличается от Ирана направлением изменений: здесь выросли обе составляющие торговли. При этом структура отношений оставалась асимметричной. Китай продолжал выступать значительно более крупным поставщиком товаров, чем покупателем продукции своего партнёра.

Особенность северокорейского направления — разница между процентной динамикой и абсолютным размером операций. Импорт Китая из КНДР увеличивался быстрее экспорта в процентном выражении, но денежный объём китайских поставок по-прежнему многократно превышал встречный поток.

За рассматриваемый период КНДР продемонстрировала наиболее высокий относительный рост товарооборота среди трёх стран. Однако её совокупная торговля с Китаем оставалась самой небольшой в этой группе. Более быстрый рост и меньший размер рынка одновременно характеризуют результаты января–сентября 2026 года.

В переданных данных нет разбивки по товарным категориям для торговли Китая и КНДР, а также помесячной динамики за сентябрь. Поэтому определить, какие группы товаров обеспечили увеличение поставок и насколько равномерно рост распределялся внутри девятимесячного периода, невозможно.

Украина: товарооборот вырос благодаря китайскому экспорту

Торговля Китая с Украиной за январь–сентябрь 2026 года достигла $6,42 млрд. Это на 14,7% больше, чем за соответствующий период 2025 года. В абсолютном выражении среди трёх рассматриваемых направлений украинское оказалось крупнейшим.

Рост был обеспечен китайским экспортом. За девять месяцев Китай поставил Украине товаров на $4,71 млрд, что на 32,2% выше прошлогоднего результата. Одновременно импорт Китаем украинской продукции сократился на 16,1%, до $1,71 млрд.

Эта структура отличает украинское направление от северокорейского. В обоих случаях общий товарооборот увеличился, но в отношениях с КНДР расширились взаимные поставки в обе стороны. В торговле с Украиной прирост китайского экспорта оказался достаточным, чтобы общий результат оставался положительным несмотря на сокращение встречных поставок.

Положительное торговое сальдо Китая достигло $3 млрд — почти вдвое больше результата января–сентября 2025 года. Расширение разрыва между экспортом и импортом связано с их разнонаправленной динамикой: китайские продажи росли, тогда как закупки украинских товаров сокращались.

В сентябре товарооборот двух стран составил $712,66 млн, оказавшись на 0,8% ниже августовского уровня. Китайский экспорт за месяц уменьшился на 0,5%, примерно до $584,45 млн. Импорт украинской продукции сократился на 2,4%, до $128,21 млн.

Следовательно, положительная девятимесячная динамика не означает роста в каждом отдельном месяце. Сентябрьские показатели зафиксировали небольшое снижение взаимной торговли относительно августа. При этом они не отменяют увеличения товарооборота по итогам всего периода с января по сентябрь.

Какие товары участвуют в торговле

Для украинского направления известен и состав части товарных потоков. Китай поставляет Украине автомобили и комплектующие, литиевые батареи, шины, смартфоны, телевизоры, электронные приборы и оптоволоконные кабели.

Среди товаров, которые Украина поставляет в Китай, указаны железная руда, кукуруза, ячмень, растительные масла, жмых, говядина, фанера и комплекты проводов.

Этот перечень позволяет увидеть различия между товарными направлениями. В китайских поставках представлены транспортная продукция, электроника и комплектующие. Среди украинских товаров присутствуют сырьевые, сельскохозяйственные и переработанные продукты, а также отдельные промышленные изделия.

Однако перечень не содержит стоимости каждой товарной категории. Поэтому нельзя утверждать, какие именно позиции обеспечили рост китайского экспорта на 32,2% или снижение импорта украинской продукции на 16,1%. Для такого вывода необходима разбивка изменений по группам товаров.

Как результат 2026 года соотносится с предыдущими годами

Дополнительный контекст дают показатели торговли Китая и Украины за два предшествующих года. В 2024 году товарооборот увеличился на 17,3%, до $7,99 млрд. В 2025 году он сократился на 2,6%, до $7,78 млрд.

На этом фоне рост на 14,7% за январь–сентябрь 2026 года показывает положительную динамику относительно аналогичного периода предыдущего года. Но делать вывод о превышении результатов 2024 или 2025 года пока нельзя.

Значения $7,99 млрд и $7,78 млрд относятся к полным календарным годам. Показатель $6,42 млрд охватывает только девять месяцев 2026-го. Прямое сравнение этих сумм без учёта продолжительности периодов не характеризует годовой рост или снижение. Полный результат 2026 года в опубликованных сведениях отсутствует.

Что показывает торговый баланс трёх направлений

Положительное сальдо Китая присутствует во всех трёх двусторонних торговых отношениях. Наибольшая разница между стоимостью экспорта и импорта за январь–сентябрь 2026 года зафиксирована в торговле с Украиной — $3 млрд. С Ираном она составила $1,75 млрд, с КНДР — приблизительно $1,31 млрд.

Но одинаковое превышение экспорта над импортом сформировалось при существенно разных изменениях товарооборота.

• В торговле с Ираном положительное сальдо сохранилось на фоне сокращения экспорта и импорта. Сам торговый профицит Китая уменьшился на 31%.
• В торговле с КНДР экспорт и импорт увеличились одновременно. Более быстрый процентный рост закупок северокорейских товаров не изменил преобладания китайского экспорта.
• В торговле с Украиной положительное сальдо расширилось почти вдвое. Китайский экспорт вырос, а импорт украинских товаров уменьшился.

Эти различия существенны для интерпретации статистики. Сам по себе положительный торговый баланс не показывает, расширяется или сокращается рынок. Он отражает только превышение стоимости поставок в одном направлении над встречными поставками за определённый период.

Иранский пример демонстрирует, что положительный баланс может сохраняться даже при резком сокращении операций. Украинский — что увеличение товарооборота может сопровождаться уменьшением импорта одной из сторон. Северокорейский — что быстрый рост небольшого по стоимости товарного потока не обязательно меняет общее соотношение экспорта и импорта.

Также следует учитывать разницу между относительными и абсолютными величинами. Рост на 18,6% в торговле Китая с КНДР превышает украинские 14,7%, но стоимость товарооборота с Украиной значительно выше. Процентное изменение описывает динамику относительно базы сравнения, тогда как сумма в долларах характеризует денежный масштаб операций.

Сентябрь: снижение торговли с Ираном и Украиной

Отдельного внимания заслуживает заключительный месяц отчётного периода. Для Ирана и Украины доступны данные за сентябрь 2026 года в сравнении с августом, и в обоих случаях зафиксировано снижение товарооборота.

В торговле Китая с Ираном сентябрьский объём составил $331,91 млн, сократившись на 19,5% относительно предыдущего месяца. В торговле с Украиной показатель достиг $712,66 млн, уменьшившись на 0,8%.

Масштаб месячного снижения оказался различным. На иранском направлении оно было существенно сильнее. На украинском изменение было небольшим относительно общего месячного объёма торговли.

Однако сопоставление двух соседних месяцев не позволяет автоматически установить устойчивую тенденцию на последующий период. Представленные сведения не содержат октябрьских результатов или прогноза торговых потоков на оставшуюся часть года.

Для КНДР аналогичные данные за сентябрь отсутствуют. Поэтому невозможно провести полное сравнение месячной динамики всех трёх направлений. Имеющаяся информация подтверждает рост торговли Китая с Северной Кореей за девять месяцев, но не показывает, как именно изменялись поставки в конце этого периода.

Таким образом, сентябрьские цифры дополняют девятимесячные результаты, но не заменяют их. Они позволяют увидеть ситуацию в конкретном месяце на двух направлениях и одновременно обозначают пределы доступной статистики.

Какие выводы можно сделать из девятимесячной статистики

Результаты торговли Китая с Ираном, КНДР и Украиной показывают, насколько различной может быть динамика внешнеэкономических отношений в пределах одного отчётного периода. В январе–сентябре 2026 года один торговый маршрут продемонстрировал резкое сокращение, другой — одновременный рост поставок в обоих направлениях, третий — увеличение товарооборота за счёт расширения китайского экспорта.

При этом общая особенность сохранялась: на всех трёх направлениях Китай имел положительное сальдо. Наибольшим оно было в торговле с Украиной, а наименьшим — с КНДР. Но различия между партнёрами не исчерпываются величиной торгового баланса. Для Ирана характерно сокращение его размера, для Украины — значительное расширение, а для КНДР — сохранение существенного преобладания китайских поставок при более быстром росте встречного импорта.

Статистика также показывает, почему необходимо разграничивать несколько показателей: общий товарооборот, экспорт, импорт, торговое сальдо, процентное изменение и абсолютный денежный размер операций. Рост одного из них не предполагает автоматического увеличения остальных. Именно раздельное рассмотрение этих величин позволяет корректно описать результаты каждой страны.

Вместе с тем опубликованные данные не дают оснований объяснять различия конкретными политическими решениями, транспортными ограничениями или изменениями спроса на отдельные товары. Для большинства направлений отсутствуют сведения о физических объёмах поставок, ценовой динамике и подробной товарной структуре. Поэтому возможные причины изменения торговли остаются за пределами подтверждённых выводов.

Главный результат девяти месяцев состоит в расхождении торговой динамики. Наиболее крупный среди трёх стран товарооборот с Китаем сохранила Украина, наиболее быстрый относительный рост показала КНДР, а наиболее глубокое снижение пришлось на Иран. Итоги всего 2026 года пока не представлены, поэтому приведённые результаты характеризуют именно январь–сентябрь и не должны восприниматься как окончательная годовая статистика.